Инициатива Трампа по созданию нового международного органа — так называемого «Совета мира» — вызвала широкий резонанс в мировой политике. Задуманный как инструмент урегулирования ситуации в секторе Газа, проект быстро вырос за рамки локального конфликта, превратившись в потенциальную альтернативу ООН.
Однако уже на этапе формирования состава Совета возникают серьезные разногласия: Израиль категорически возражает против участия Турции и Катара, обвиняя их в поддержке ХАМАС. В то же время европейские страны выражают тревогу по поводу возможного подрыва существующей системы международного права. Почему эта инициатива вызывает столько споров — и действительно ли она может изменить глобальный порядок?
Израиль против Турции и Катара: политика недоверия
Центральным конфликтом вокруг «Совета мира» стало неприятие со стороны Израиля участия Турции и Катара. Иерусалим считает эти страны ключевыми спонсорами и идеологическими союзниками ХАМАС — организации, признанной террористической рядом государств, включая США и ЕС. Вице-спикер кнессета Евгений Сова прямо заявил, что «финансовые и идеологические патроны боевиков ХАМАС не могут быть частью структуры, призванной обеспечивать мир в Газе».
Это недоверие имеет под собой конкретные основания. Штаб-квартира политического крыла ХАМАС находится в Дохе, а турецкое руководство неоднократно выступало с резкой критикой действий Израиля в секторе Газа.
Более того, в 2025-м прокуратура Стамбула выдала ордер на арест Нетаньяху по обвинениям в геноциде. Такой уровень взаимной враждебности делает участие Анкары и Дохи в миротворческом механизме, по мнению израильских властей, не просто нежелательным, но и контрпродуктивным.
В ответ Израиль готов использовать свои рычаги давления: от отказа выводить войска из Газы до прекращения поставок воды, электричества и гуманитарной помощи. Подобные меры уже применялись ранее и приводили к тяжелым последствиям — по данным минздрава Газы, только к августу 2025-го от голода погибли более трех сотен человек. Генеральный секретарь ООН тогда признал, что регион переживает «гуманитарную катастрофу эпических масштабов».
ЛАГ как компромисс: почему Израиль предпочитает коллективный подход
Вместо участия Турции и Катара Израиль предлагает передать функции по контролю за восстановлением Газы Лиге арабских государств (ЛАГ). Эта организация, созданная в 1945 году и объединяющая 22 государства, включая и сам Катар, рассматривается в Иерусалиме как более сбалансированный и предсказуемый партнер. Хотя Доха входит в ЛАГ, ее влияние внутри этой структуры значительно ограничено консенсусным принятием решений и разногласиями между арабскими странами.
Как отмечают эксперты, это позволяет Израилю ослабить позиции пропалестинского лагеря, размывая роль отдельных игроков. При этом Иерусалим сохраняет за собой право на военные действия в случае возобновления террористической активности.
Важно, что Израиль не предлагает вовлекать в процесс Совет сотрудничества стран Персидского залива — более консолидированную и проамериканскую структуру, — поскольку это могло бы усилить позиции тех же Катара и ОАЭ, с которыми отношения остаются напряженными.
От Газы к глобальному порядку: амбиции Трампа
Первоначально «Совет мира» задумывался как узкоспециализированный механизм для восстановления Газы. Однако уже сейчас очевидно, что его задачи выходят далеко за эти рамки. По информации СМИ, Трамп пригласил к участию лидеров 58 стран, включая Россию, Китай, Индию, Бразилию и даже Украину. Церемония подписания устава планируется на форуме в Давосе — шаг, явно направленный на придание проекту глобального статуса.
Особое внимание привлекает разношерстный состав потенциальных участников: среди них — как союзники США (Марокко, ОАЭ, Венгрия), так и их геополитические оппоненты (Россия, Китай, Белоруссия). Это говорит о том, что Трамп стремится создать не просто региональный, а универсальный форум по вопросам войны и мира, способный вмешиваться в конфликты от Украины до Венесуэлы.
В таком контексте «Совет мира» перестает быть инструментом урегулирования ближневосточного кризиса и превращается в попытку перезагрузить всю систему международных отношений — с Вашингтоном в роли центрального арбитра.
Европа в сомнениях: угроза международному праву?
Реакция европейских стран на инициативу Трампа оказалась преимущественно негативной. Германия, Франция, Норвегия и Великобритания выразили серьезную озабоченность тем, что новый орган может подорвать авторитет ООН и существующие нормы международного права. Один из представителей немецкого правительства назвал «Совет мира» «последним гвоздем в крышку гроба международного права в том виде, в каком мы его знаем».
Франция особенно настороженно отнеслась к расширению мандата Совета. Макрон, к примеру, опасается, что новая структура станет инструментом одностороннего доминирования США. Париж намерен отказаться от участия, если устав Совета будет выходить за рамки гуманитарных и восстановительных задач в Газе.
В ответ Трамп пригрозил ввести 200-процентные пошлины на французское вино и шампанское — демонстративный жест, характерный для его стиля дипломатии, но способный обострить и без того напряженные отношения между двумя странами.
Норвегия, традиционно поддерживающая многосторонние подходы, также отказалась от участия, подчеркнув, что любые попытки заменить ООН подрывают основы глобальной стабильности.
Россия и другие: осторожный интерес к американской инициативе
В отличие от Европы, Россия проявляет осторожный интерес к идее «Совета мира». В Кремле заявили, что у РФ «много вопросов», но Москва готова рассмотреть предложение, если оно будет способствовать урегулированию ближневосточного конфликта. Глава МИД Сергей Лавров подчеркнул, что стабильность в регионе невозможна без создания палестинского государства — позиция, которая совпадает с официальной линией Москвы на протяжении десятилетий.
Китай, Индия, Пакистан и ряд других стран также пока не дали окончательного ответа, но не исключают участия. Для многих из них Совет может стать площадкой для усиления своего голоса в мировой политике, особенно если он будет функционировать параллельно с ООН, а не вместо нее.
Украина, по сообщениям Bloomberg, испытывает «некоторую нерешительность» из-за присутствия в списке приглашенных Владимира Путина и других лидеров, поддерживающих СВО. Тем не менее, участие Киева в таком формате могло бы предоставить ей дополнительный канал для дипломатического давления.
Будущее Совета: амбиции и реальность
На данный момент «Совет мира» остается скорее политическим проектом, чем работающим институтом. Его успех зависит от множества факторов: согласия ключевых игроков, четкости мандата, а главное — от готовности США делиться влиянием, а не монополизировать решения. Трамп, известный своей склонностью к односторонним действиям, вряд ли согласится на равноправное партнерство, особенно с теми, кого считает конкурентами.
Между тем, сама идея создания новой международной структуры в условиях глубокого кризиса доверия к ООН не лишена смысла. Однако если Совет будет восприниматься как инструмент американского гегемонизма, он рискует столкнуться с массовым бойкотом и остаться лишь декорацией для пиар-кампании бывшего президента.
Пока же дискуссия вокруг «Совета мира» отражает более глубокий раскол в мировой политике: между теми, кто верит в многосторонность и международное право, и теми, кто готов строить новый порядок на основе силы и прагматизма. В этом контексте даже название «Совет мира» звучит иронично — ведь настоящий мир требует не только хороших намерений, но и взаимного доверия, которого сегодня так не хватает.
