США сталкиваются с серьезными сомнениями относительно возможности уничтожения иранского ядерного объекта в Фордо с помощью обычных вооружений. Эти опасения, по данным источников, влияют на принятие решений в высшем военном и политическом руководстве страны, создавая дополнительную сложность в формировании стратегии противодействия иранской ядерной программе.
Неопределенность в эффективности «разрушителей бункеров»
Главным инструментом для поражения заглубленных целей считается авиабомба GBU-57 массой 13,6 тонны, разработанная специально для уничтожения подземных укреплений. Однако в Пентагоне ведутся острые дискуссии о ее реальной способности нейтрализовать объект в Фордо. По оценкам израильской разведки, ядерный комплекс расположен на глубине около девяноста метров, что создает существенные трудности для проникновения боевой части даже столь мощного боеприпаса.
Анализ, проведенный Агентством по уменьшению военной угрозы Министерства обороны США, указывает на ограничения обычных вооружений в отношении ряда подземных объектов. Применение даже нескольких бомб GBU-57 в рамках комплексного удара может оказаться недостаточным для достижения критически важных слоев инфраструктуры Фордо. Испытания боеприпаса проводились в контролируемых условиях, которые существенно отличаются от реальной боевой обстановки с активно противодействующим противником.
Дилемма применения тактического ядерного оружия
В ходе обсуждений звучали оценки, согласно которым для гарантированного вывода объекта из строя потребовалось бы сочетание обычных бомб для «размягчения» грунта с последующим применением тактического ядерного боеприпаса, доставляемого бомбардировщиком B2.
Подобный сценарий, однако, не рассматривается в качестве приемлемого варианта на высшем политическом уровне. Президент США не склонен санкционировать использование ядерного оружия даже тактического класса для решения данной задачи.
На встречах в оперативном центре Белого дома руководству Министерства обороны и Объединенного комитета начальников штабов не доводили информацию о возможности применения ядерных средств, что свидетельствует о принципиальной позиции по данному вопросу.
Применение ядерного оружия создало бы серьезные политические и гуманитарные последствия, потенциально дестабилизируя ситуацию в регионе и провоцируя эскалацию конфликта за пределы непосредственного театра военных действий.
Ограниченный эффект даже при успешном ударе
Даже в случае успешного применения GBU-57 последствия для иранской ядерной программы могут оказаться временными. Экспертные оценки указывают, что такой удар способен снизить возможности Тегерана по производству оружейного урана на срок от нескольких месяцев до года, но не приведет к полному и необратимому прекращению работ.
Важным фактором остается возможность быстрого восстановления поврежденной инфраструктуры. Подземное расположение объекта, изначально выбранное для защиты от воздушных атак, позволяет проводить ремонтные работы в условиях, затрудняющих повторное целеуказание и оценку ущерба.
Таким образом, военное решение не гарантирует долгосрочного стратегического результата. Кроме того, Иран располагает другими ядерными объектами, и нейтрализация одного из них не означает прекращения всей программы в целом.
Технические требования и вопросы к системе доставки
Бомба GBU-57 может быть доставлена к цели исключительно бомбардировщиком B2, что накладывает дополнительные ограничения на планирование операции. Для точного наведения требуется стабильный сигнал спутниковой навигации GPS, который может быть подавлен средствами радиоэлектронной борьбы.
Даже при условии достижения превосходства в воздухе, как заявляет израильская сторона, успешное поражение цели потребует заблаговременного нейтрализации систем противовоздушной обороны и средств создания помех.
Проникновение боевой части на достаточную глубину для нейтрализации объекта остается отдельной технической задачей, решение которой не гарантировано в реальных условиях применения. Любая задержка или отклонение в траектории полета бомбы может существенно снизить ее поражающую способность.
Дипломатический контекст и альтернативные сценарии
Текущая ситуация подчеркивает сложность военного решения проблемы иранской ядерной программы. Вывод объекта в Фордо из строя — дипломатическим или силовым путем — рассматривается как ключевой шаг к предотвращению получения Тегераном ядерного оружия после того, как Международное агентство по атомной энергии зафиксировало обогащение урана до уровня 83,7%, что близко к оружейному порогу в 90%.
В последние годы Израиль разрабатывал собственные планы нейтрализации Фордо без привлечения США, включая варианты с участием сил специальных операций. Однако подобные сценарии не получили поддержки на высшем уровне.
Исторические параллели и уроки прошлого
Опыт прошлых операций против ядерных объектов демонстрирует как возможности, так и ограничения превентивных ударов. В 1981 году Израиль успешно уничтожил наземный ядерный реактор в Ираке, однако с тех пор технологии защиты критической инфраструктуры существенно эволюционировали.
Современные объекты, такие как Фордо, проектируются с учетом угрозы воздушных атак, что делает их значительно более устойчивыми к внешнему воздействию.
Этот исторический контекст подчеркивает, что методы, эффективные несколько десятилетий назад, могут оказаться неприменимыми в современных условиях. Заглубление объектов, распределение функций между несколькими площадками, создание резервных систем — все это усложняет задачу нейтрализации ядерной программы исключительно силовыми методами.
Стратегические последствия и горизонт планирования
Сложившаяся ситуация демонстрирует фундаментальные ограничения обычных вооружений в противодействии заглубленным и хорошо защищенным объектам ядерной инфраструктуры. Даже наиболее мощные неядерные боеприпасы не обеспечивают гарантированного результата, что ставит под вопрос эффективность превентивных ударов как инструмента нераспространения.
Для политического руководства это означает необходимость тщательного взвешивания рисков и потенциальных последствий любого силового сценария. Военные опции могут рассматриваться лишь в комплексе с дипломатическими, экономическими и информационными мерами, поскольку изолированное применение силы вряд ли способно достичь стратегических целей в сфере контроля над ядерными программами.
