В январе Европа вновь обратилась к российскому газу, установив рекордные объемы закупок как сжиженного (СПГ), так и трубопроводного топлива. По информации, полученной от европейских операторов, Россия экспортировала в страны Европы около 2,3 миллиарда кубометров сжиженного природного газа (СПГ), что стало рекордным показателем за всю историю наблюдений.
В то же время прокачка по единственному оставшемуся российскому газопроводу — «Балканскому потоку» — увеличилась до 56 миллионов кубометров в сутки, что на 25% превышает его проектную мощность.
А что случилось
Эти цифры отражают не политическую волю, а суровую реальность, которой абсолютно неинтересна антипатия Европы к нашей стране. Аномально холодная зима, опустошение подземных хранилищ и сокращение поставок из США вынудили Европу возвращаться к источнику, от которого она пыталась отказаться. При этом, несмотря на временное снижение цен до $418 за тысячу кубометров, эксперты прогнозируют их рост во втором квартале, что напрямую повлияет на доходы российских энергетических компаний.
Рекордные поставки: СПГ превзошел трубопроводный газ
Впервые в истории российский экспорт СПГ в ЕС превысил трубопроводные поставки. В январе текущего года на Ямале было произведено и отправлено в Европу примерно 1,7 миллиона тонн сжиженного природного газа, что эквивалентно 2,3 миллиарда кубов. Российский СПГ занял 19% от общего объема импорта Европейского союза. По данным местных СМИ, европейские трейдеры приобрели весь объем ямальского СПГ.
Параллельно «Турецкий поток» и его продолжение — «Балканский поток» — работали на пределе возможностей. Среднесуточный объем прокачки достиг 54–56 миллионов кубометров, что превышает проектную мощность трубы, составляющую всего 43,15 миллиона кубометров. Это стало возможным благодаря техническим решениям и полной загрузке компрессорных станций.
Однако возможности расширения нет: инфраструктура используется на полную мощь, а другие маршруты — «Северные потоки» и украинский транзит — недоступны.
Причины возврата: холод, пустые ПХГ и проблемы в Штатах
Основной триггер роста спроса — аномально холодный январь, охвативший все Северное полушарие. В Европе температура упала ниже нормы на пять-семь градусов, что вызвало резкий скачок потребления газа для отопления и генерации электроэнергии. Ветровая и солнечная энергетика, не выдержав нагрузки, практически остановились: лопасти замерзли, панели оказались под снегом.
Это привело к массовому отбору газа из подземных хранилищ (ПХГ). За январь ЕС извлек почти двадцать четыре миллиарда кубометров — третий по объему показатель за всю историю наблюдений. К началу февраля запасы сократились до сорока пяти с половиной миллиардов кубов, а степень наполнения упала ниже 40%. Хотя полное опустошение маловероятно, уровень уже считается критическим.
Одновременно США, традиционный поставщик СПГ, столкнулись с собственным энергетическим кризисом. Арктический циклон обрушился на Мексиканский залив, вынудив американские заводы перенаправить газ на внутренний рынок. Цены на хабе Henry Hub взлетели практически до двухсот пятидесяти долларов за тысячу кубометров, а пятнадцать экспортных партий были отменены. BP и Shell даже начали импортировать газ в США из Тринидада и Тобаго — беспрецедентный шаг, подчеркивающий глубину кризиса.
Цены: волатильность вместо стабильности
На пике января стоимость газа на европейском хабе TTF достигала $525 за тысячу кубометров — максимума с весны 2025 года. Однако к началу февраля на фоне прогнозов потепления цена снизилась до $418. Эксперты подчеркивают: это временное явление.
Уже во втором квартале ожидается новый виток роста. Причина — не только необходимость восполнения запасов, но и механизм ценообразования. Большинство контрактов на российский газ привязаны к биржевым индикаторам с лагом в 3–6 месяцев. Резкий скачок цен в январе-феврале автоматически отразится на стоимости поставок в апреле–июне. По оценкам, расходы ЕС на закачку газа в ПХГ летом могут вырасти с €16 млрд до €26 млрд.
Доходы России: краткосрочный рост, долгосрочные риски
Для российских энергетических компаний текущая ситуация выгодна. Рост цен на европейском рынке напрямую увеличивает выручку от экспорта СПГ и трубопроводного газа. «Новатэк» и «Газпром» получают дополнительные доходы в условиях, когда другие направления сбыта ограничены.
Однако стратегическая перспектива остается тревожной. ЕС официально заявил о намерении полностью отказаться от российского газа уже к 2027-му. Даже сегодняшние закупки совершаются не из лояльности, а из вынужденной необходимости. Как только погода стабилизируется, а американские терминалы возобновят работу, Европа вновь попытается минимизировать зависимости. Поэтому текущий всплеск — это скорее последний виток старой системы, а не начало новой эры.
Энергобезопасность ЕС: иллюзия независимости
Попытки Европы построить «зеленую» и «безроссийскую» энергосистему столкнулись с жесткой реальностью. Отказ от трубопроводного газа, ставка на возобновляемые источники и надежда на американский СПГ создали хрупкую конструкцию, которая рушится при первом же похолодании.
Система энергобезопасности, выстраиваемая десятилетиями, была разрушена за два года. В результате Европа оказалась в состоянии постоянной неопределенности: цены колеблются на 40–50% за месяц, бюджеты регионов истощаются, промышленность теряет конкурентоспособность. Как отмечают аналитики, именно эта уязвимость и делает российский газ востребованным, несмотря на все политические декларации.
Газ как зеркало реальности
Январский рекорд — яркое свидетельство фундаментальных дисбалансов в мировой энергетике. Холод не признает санкций, а рынки реагируют на физику, а не на идеологию. Россия, сохранившая производственные и экспортные мощности, оказалась в выигрышной позиции, но лишь временно.
Главный урок этой ситуации — энергетическая безопасность не строится на эмоциях. Она требует диверсификации, надежных инфраструктур и реалистичной оценки рисков. Пока Европа игнорирует эти принципы, она будет вынуждена возвращаться к российскому газу — снова и снова, пока не наступит весна не только на календаре, но и в ее энергетической политике.
