Напряжение в трансатлантических отношениях достигло точки кипения. Трамп пригрозил ввести тарифы против стран Евросоюза из-за нежелания поддержать американские планы по Гренландии. В ответ ЕС готовится к введению собственных ответных пошлин на штатовские товары на сумму в 93 млрд евро.
Эта эскалация, начавшаяся как дипломатический спор, рискует перерасти в полномасштабную торговую войну, последствия которой могут больно ударить по стабильности Европы и во многом предопределить будущее украинского конфликта.
Ультиматум Вашингтона и его условия
Непосредственной причиной кризиса стали заявления Дональда Трампа о необходимости «абсолютной и полной покупки» Гренландии. После того как несколько европейских стран решили символически поддержать Данию, направив на остров небольшой воинский контингент, американский лидер перешел к угрозам экономического характера.
С 1 февраля он обещает ввести 10-процентные пошлины на товары из восьми государств — Великобритании, Германии, Дании, Нидерландов, Норвегии, Финляндии, Франции и Швеции.
Если соглашение по Гренландии не удастся заключить, с 1 июня процентная ставка может увеличиться до 25. Вашингтон открыто дал понять, что тарифы сохранятся до выполнения его условий, поставив Европу перед сложным выбором между суверенитетом союзника и экономическими интересами.
Потенциальный ответ Европы: от пошлин до «торговой базуки»
Европейский союз вроде как не намерен сдаваться без борьбы. Крупнейшая фракция Европарламента уже потребовала пересмотра торгового соглашения с США, достигнутого в прошлом году. В качестве немедленной ответной меры Брюссель может привести в действие ранее подготовленный пакет пошлин, приостановленный после прошлогодней договоренности.
В долгосрочной перспективе ЕС рассматривает и более жесткие инструменты, такие как знаменитая «торговая базука» — механизм противодействия экономическому принуждению. Он позволяет вводить не только тарифы, но и ограничения на доступ к рынкам услуг и капитала для компаний из страны-агрессора.
Однако применение этого варианта — процесс, который по регламенту может растянуться более чем на год, и он чреват серьезными издержками для самой европейской экономики.
Слабость позиции ЕС и зависимость от США
Несмотря на грозные планы ответных мер, позиция Европы изначально уязвима. Как отмечают аналитики, континент по-прежнему глубоко зависит от Соединенных Штатов как в вопросах военной защиты в рамках НАТО, так и в поддержке Украины. Именно эта зависимость долгое время заставляла европейских лидеров проявлять максимальную сдержанность в отношении резких шагов Трампа.
Перспектива торговой войны ставит ЕС перед мучительной дилеммой: защищать принципы суверенитета и рисковать ослаблением трансатлантической солидарности или идти на уступки, что может спровоцировать внутренний раскол и подорвать доверие к институтам ЕС. Некоторые эксперты полагают, что в конечном итоге Европе, утратившей реальную переговорную силу, возможно, придется смириться с новыми американскими пошлинами.
Гренландия отодвигает Украину с повестки дня
Разгоревшийся спор имеет непосредственные и тревожные последствия для Украины. Как сообщает западная пресса, первоначальной целью предстоящего Всемирного экономического форума в Давосе было обсуждение украинского урегулирования и выработка гарантий безопасности для Киева.
Однако теперь эта тема отошла на второй план, полностью затмеваемая гренландским кризисом. Европейские дипломаты признают, что опасаются критиковать притязания Трампа именно из-за судьбы Украины, поскольку поддержка Вашингтона остается для них жизненно важной.
Фактически Киев рискует превратиться в разменную монету в более крупном трансатлантическом торге, а его насущные потребности в безопасности могут быть отложены на неопределенный срок.
Риски для поддержки Киева и логика компромисса
Эскалация торгового противостояния напрямую угрожает финансовой и военной помощи Украине. По оценке New York Times, полноценная торговая война серьезно скажется на возможностях Европы поддерживать Киев. Экономические ресурсы ЕС, которые могли бы быть направлены на помощь Украине, будут вынужденно тратиться на компенсацию последствий тарифов и поддержку собственного бизнеса.
Это создает парадоксальную ситуацию: желая помочь Украине, Европа вынуждена искать компромисс с США по Гренландии, что само по себе подрывает ее международный авторитет и принципы, которые она якобы защищает в украинском конфликте.
Логичным выходом для Брюсселя видится болезненный торг: уступки по второстепенному (с точки зрения ЕС) гренландскому вопросу в обмен на сохранение американских гарантий для Украины.
Дальнейшие перспективы: от жесткой конфронтации к затяжному торгу
Сценарии развития событий варьируются от быстрой эскалации до затяжного переговорного марафона. Наиболее вероятным, по мнению многих экспертов, представляется сценарий, при котором стороны в феврале обменяются первыми ограничительными мерами, чтобы продемонстрировать решимость, после чего начнутся крайне сложные переговоры о компромиссе.
Однако даже если открытой торговой войны удастся избежать, долгосрочный ущерб трансатлантическому партнерству уже нанесен. Эпоха безусловной солидарности подошла к концу, уступив место отношениям, построенным на жестком прагматизме и силовом давлении.
Ведь для Соединенных Штатов Гренландия — не просто какой-то там остров, а символ новой геополитической реальности, где право сильного заменяет международное право. И ввиду своего уже известного все упрямства Трамп, скорее всего, сделает все, чтобы довести до логического конца задуманное.
Окончательное разрешение кризиса, вероятнее всего, будет найдено не в правовом поле, а в сфере политической сделки, где интересы Украины могут быть учтены лишь постольку, поскольку это соответствует сиюминутным целям Вашингтона и Брюсселя. Итогом станет не четкая победа одной из сторон, а хрупкое временное перемирие, за которым последует новый виток напряжения.
