В ответ на усиление санкционного давления со стороны США Куба ввела режим международного чрезвычайного положения. Решение стало реакцией на указ Трампа, объявившего остров угрозой национальной безопасности и обвинившего Гавану в сотрудничестве с «враждебными» государствами, включая Россию, Китай и Иран.
На фоне прекращения поставок нефти из Венесуэлы и приостановки отгрузок мексиканской Pemex Куба оказалась на грани топливного кризиса: по оценкам аналитиков, текущих запасов хватит лишь на 15–20 дней. Однако эксперты считают, что полный экономический коллапс маловероятен — страна уже прошла через подобное в 1990-е и имеет опыт управления в условиях блокады.
Санкции как инструмент смены режима
Администрация Трампа открыто заявила о намерении добиться смены власти на Кубе. В январе 2026 года госсекретарь Марко Рубио подтвердил, что Вашингтон рассматривает такую возможность, хотя и отметил отсутствие немедленных планов военного вмешательства. Указ о чрезвычайном положении предоставляет США право вводить дополнительные пошлины на товары из любой страны, поставляющей нефть на остров, и усиливать морскую блокаду.
Особое внимание в документе уделено российскому радиоэлектронному центру в Лурдесе, который, по утверждению Белого дома, якобы занимается сбором секретной информации. При этом объект был официально закрыт еще в 2002 году, а в 2014 году президент Владимир Путин опроверг данные о его возобновлении. Тем не менее этот аргумент используется для легитимации новых ограничений.
Топливный кризис: откуда брать энергию
Главный удар по экономике Кубы нанесен через энергетическую зависимость. До 2025 года основными поставщиками нефти были Венесуэла (34% импорта) и Мексика (44%). После захвата президента Николаса Мадуро и экстрадиции его в США Каракас полностью прекратил экспорт углеводородов на остров. Одновременно американская администрация усилила давление на Мехико, и государственная компания Pemex приостановила отгрузки.
Сейчас Куба располагает запасами, достаточными лишь на две-три недели. Без внешних поставок страна столкнется с масштабными блэкаутами, аналогичными тем, что уже происходили в 2025 году. Отключения электроэнергии напрямую парализуют транспорт, водоснабжение, медицину и промышленность. Однако поиск альтернативных источников затруднен: Россия, несмотря на политическую поддержку, географически слишком удалена, а логистика и стоимость доставки делают такие поставки экономически невыгодными.
Опыт «особого периода»: уроки 1990-х
Несмотря на тяжелое положение, эксперты скептически оценивают прогнозы о неминуемом коллапсе. В 1990-е годы, после распада СССР, Куба потеряла 85% внешней торговли и 90% поставок нефти. Тогда страна ввела режим «особого периода», перешла на органическое земледелие, развивала локальную энергетику и смогла избежать полного краха.
Сегодня Гавана обладает более развитой инфраструктурой и международными связями. Кроме того, на острове действует военно-морская база США в Гуантанамо — напоминание о том, что даже в условиях вражды экономические и правовые связи сохраняются. Этот фактор ограничивает возможности Вашингтона по полной изоляции Кубы.
Ставка на протесты: почему она может не сработать
Белый дом рассчитывает, что ухудшение экономической ситуации спровоцирует массовые антиправительственные выступления, подобные тем, что вспыхнули летом 2021 года. Однако эксперты указывают на ключевое различие: тогда протесты были вызваны внутренними решениями — нормированием продуктов и медикаментов. Сегодня же кризис явно спровоцирован внешним давлением, что, напротив, способствует консолидации общества.
Большая часть активной кубинской оппозиции находится в США, преимущественно в Майами, и не имеет реального влияния на внутреннюю ситуацию. Как показывает история, внешняя угроза часто укрепляет режим, а не ослабляет его. Президент Мигель Диас-Канель прямо заявил, что угрозы Вашингтона «напоминают все то, чем угрожали нам почти все прежние администрации», и подчеркнул готовность к сопротивлению.
Военный сценарий: повторится ли Карибский кризис
Если экономическое давление не даст результата, США могут перейти к более жестким мерам. The Wall Street Journal сообщал, что администрация Трампа рассматривает венесуэльский сценарий как «образец действий». Это включает не только санкции, но и поиск «пятой колонны» внутри кубинского руководства.
Теоретически возможна и морская блокада, аналогичная той, что была введена в 1962 году во время Карибского кризиса. Однако сегодня Куба гораздо ближе к США, чем Венесуэла, и любая попытка перехвата судов в Карибском море может спровоцировать прямую конфронтацию. Учитывая глобальные риски, Вашингтон, скорее всего, остановится на гибридных методах — кибератаках, информационной войне и поддержке диаспоры.
Альтернативные партнеры: Китай, Африка, частный сектор
Куба не остается без союзников. Эксперты отмечают, что в глобальной нише существуют частные корпорации, заинтересованные в сотрудничестве с островом. Особенно перспективны связи с Китаем, который уже участвует в проектах по модернизации энергетики и телекоммуникаций. Также возможны поставки из африканских стран, где Куба традиционно пользуется авторитетом благодаря медицинской и образовательной помощи.
Однако эти каналы не смогут быстро заменить десятки тысяч баррелей нефти в сутки. Реальное решение — диверсификация энергетики: развитие солнечной, ветровой и биомассовой генерации. На острове круглый год много солнца, и частные солнечные панели уже стали массовым явлением. Но для системного перехода требуются инвестиции, которых у Кубы нет.
Так крах или кризис?
Куба действительно вступает в период тяжелых испытаний. Дефицит топлива, рост цен, отключения электричества — все это станет повседневной реальностью. Однако говорить о неизбежном экономическом коллапсе преждевременно. Страна имеет исторический опыт выживания в условиях блокады, сплоченное общество и стратегических партнеров.
Для США же риск очевиден: если ставка на протесты провалится, а военный сценарий окажется слишком опасным, Вашингтон может оказаться в ловушке собственной политики — с ужесточенными санкциями, но без реального влияния на события на острове. Куба, в свою очередь, демонстрирует, что даже в условиях международного чрезвычайного положения она намерена сохранять суверенитет — любой ценой.
