С 8 января Иран ввел одно из самых масштабных и продолжительных отключений глобального интернета в своей истории. Связь с внешним миром практически прекращена: доступ к международным сайтам, мессенджерам, почтовым сервисам и социальным сетям заблокирован для подавляющего большинства населения.
По данным правозащитных организаций, это не временная мера на фоне протестов, а часть долгосрочного плана — полностью заменить глобальный интернет национальной внутренней сетью, доступ к которой будет строго регулироваться государством. Если эти намерения реализуются, Иран станет первой страной, официально отказавшейся от открытого интернета в пользу полностью контролируемой цифровой среды.
Отключение как новый норматив
Первоначально власти заявили, что ограничения продлятся как минимум до Новруза — персидского нового года, который отмечается 20 марта. Однако источники внутри Исламской Республики, на которые ссылается организация Filterwatch, специализирующаяся на мониторинге цензуры, утверждают: речь идет о постоянном переходе.
Государственные СМИ уже дали понять, что неограниченный доступ к глобальному интернету, скорее всего, не вернется. Вместо этого он станет «государственной привилегией», предоставляемой только тем, кто прошел проверку и имеет допуск — например, чиновникам, силовикам или сотрудникам компаний, работающих с секретной информацией.
Для всех остальных будет доступна лишь так называемая «национальная сеть» — внутренняя инфраструктура, полностью изолированная от мирового интернета. Она включает иранские аналоги популярных сервисов: поисковые системы, мессенджеры, карты, видеоплатформы и даже онлайн-магазины.
Все это работает, но только внутри страны, без возможности обмена данными с внешним миром. Такая система позволяет властям сохранять видимость цифровой активности, одновременно блокируя любые каналы для организации протестов или распространения информации за пределы границ.
История, начавшаяся в 2009 году
Путь к полной изоляции начался еще в 2009 году, когда после массовых протестов власти впервые попытались отключить интернет. Тогда это было сделано импульсивно, без технической подготовки, и вызвало серьезные сбои в работе банков, транспорта и бизнеса. Урок был усвоен: полное отключение дорого и разрушительно. Поэтому с 2012-го, после создания Высшего совета по киберпространству, Иран начал методично строить альтернативу.
Власти использовали смесь стимулов и принуждения. Компании, банки и провайдеры получали налоговые льготы за перенос своих серверов и центров обработки данных на территорию Ирана. Те, кто отказывался, просто теряли лицензии на работу.
К 2015-му аналитики уже фиксировали, что значительная часть цифровой инфраструктуры страны функционирует в рамках закрытой сети, использующей те же протоколы, что и корпоративные внутренние системы. Разница лишь в масштабе: вместо офиса — вся страна.
Технологии контроля: роль Китая
Ключевым элементом системы стал так называемый «белый список» — механизм, при котором доступ к глобальному интернету разрешен только для заранее утвержденных пользователей и устройств. Все остальное автоматически направляется в национальную сеть. Эта технология стала возможной благодаря высокопроизводительным промежуточным блокам — оборудованию, которое устанавливается на магистральные кабели и позволяет в реальном времени анализировать, фильтровать и блокировать трафик.
По данным исследователей, такие системы поставляются в Иран из Китая. Современные решения позволяют не только блокировать целые сайты или протоколы, но и отслеживать отдельных пользователей, выявлять использование VPN и даже подменять контент. По сути, каждое подключение к сети проходит через государственный фильтр, который решает: пустить в мир или оставить внутри.
Протесты как катализатор
Нынешнее отключение стало реакцией на новую волну антиправительственных выступлений, начавшихся в конце декабря 2025 года. Власти, столкнувшись с угрозой массовой мобилизации через мессенджеры и соцсети, решили применить крайнюю меру — полную изоляцию. И, судя по всему, остались довольны результатом. Как заявил один из источников Filterwatch, «власти считают, что такое отключение помогло им контролировать ситуацию».
Это подтверждает и длительность блэкаута: он уже превысил по времени знаменитое отключение в Египте в 2011 году, длившееся всего несколько дней. В Иране же ограничения длятся неделями, а из страны почти не поступает независимой информации. Это создает условия, при которых протесты теряют координацию, а международное сообщество остается в неведении.
Экономические и культурные издержки
Однако полный отказ от глобального интернета не обходится бесплатно. Бывший сотрудник Госдепартамента США, занимавшийся вопросами цифровой цензуры, назвал эту идею «правдоподобной и пугающей», но предупредил: последствия будут огромными.
Иран — страна с развитой IT-индустрией, десятками тысяч программистов и стартапов, многие из которых работают на международный рынок. Полная изоляция лишит их доступа к облачным сервисам, платежным системам, библиотекам кода и клиентам. Это ударит по экономике, особенно в условиях уже действующих санкций.
Кроме того, национальная сеть не может заменить глобальный интернет в образовании, науке, медицине и культуре. Доступ к академическим журналам, онлайн-курсам, международным конференциям, медицинским базам данных — все это станет недоступно для большинства граждан. Власти, видимо, готовы пойти на этот компромисс ради сохранения контроля.
Будущее без внешнего мира
Если план будет реализован, Иран станет уникальным экспериментом в истории цифровой эпохи: первым государством, добровольно отрезавшим себя от мировой сети. Национальный интернет будет развиваться, возможно, даже станет удобным для повседневного использования. Но он останется замкнутой экосистемой.
Для граждан это означает окончательную утрату цифровой свободы. Для мира — появление нового типа авторитарной модели, где контроль над информацией достигается не через запреты, а через создание параллельной реальности.
