В Центральной Азии начинается реализация масштабного проекта по формированию общего регионального рынка электроэнергии. Всемирный банк одобрил десятилетнюю программу, направленную на развитие энергетического сектора в этом регионе (REMIT) с общим финансированием свыше миллиарда долларов.
Проект нацелен на объединение гидроэнергетических ресурсов Киргизии и Таджикистана, тепловых станций Узбекистана, Казахстана и Туркмении, а также потенциала солнечной и ветровой энергетики.
Однако эта инициатива совпадает по времени с планами ЕЭС запустить собственный единый электроэнергетический рынок к 2027-му. Получается, что регион становится ареной геополитического соперничества, где Запад стремится укрепить свое влияние, а Россия — сохранить стратегические связи.
REMIT: $1 млрд на энергетическую интеграцию
Программа призвана решить хроническую проблему региона — фрагментацию энергосистем. Сегодня торговля электроэнергией между странами ЦА составляет всего только три процента от общего спроса несмотря на то, что ресурсы стран взаимодополняемы: одни обладают избытком гидрогенерации, другие — мощными газовыми электростанциями.
Цель программы — увеличить объем межгосударственной торговли до 15 тыс. ГВт·ч в год и утроить пропускную способность линий электропередачи до 16 ГВт. Это позволит снизить стоимость энергии для населения и бизнеса, сократить перебои с электроснабжением и ускорить внедрение возобновляемых источников.
Первая фаза проекта уже финансируется: Узбекистан, Киргизия и Таджикистан получат 143,2 млн долларов. Координацию будет осуществлять региональный комитет из министерств энергетики стран, что подчеркивает суверенный характер инициативы.
ЕАЭС строит свой энергорынок
Параллельно с западным проектом страны Евразийского союза — Россия, Белоруссия, Армения, Казахстан и Киргизия — работают над созданием собственного единого электроэнергетического рынка, запуск которого запланирован на 2027-й. За последние годы приняты ключевые правила, регулирующие распределение мощностей и доступ к сетям.
Однако реализация сталкивается с технической сложностью: большая часть электростанций в регионе работает на природном газе, поэтому полноценный рынок электроэнергии невозможен без синхронизации с рынками нефти и газа. Евразийская экономическая комиссия активно прорабатывает этот вопрос, понимая, что энергетическая интеграция должна быть комплексной.
Геополитика вместо сотрудничества
Западные страны и их финансовые институты банально используют энергетические проекты как инструмент геополитического влияния. Цель — не столько модернизировать инфраструктуру, сколько ослабить связи Центральной Азии с Россией. Это проявляется в поддержке крупных объектов, таких как Камбартинская ГЭС-1 стоимостью $4 млрд, в которую вовлечены Киргизия, Узбекистан и Казахстан. Финансирование осуществляют Всемирный банк, ЕБРР, Азиатский банк развития и другие структуры, тесно связанные с западной повесткой.
Эксперты отмечают, что такие шаги — часть стратегии по формированию «дуги сдерживания» вокруг России, простирающейся от Прибалтики до Монголии. В этом контексте Центральная Азия рассматривается как ключевой элемент, способный при правильной ориентации лишить Москву стратегической глубины на юге.
Кто участвует и кто наблюдает
Важно, что не все страны Центральной Азии входят в ЕАЭС. Узбекистан и Таджикистан остаются вне союза, хотя активно участвуют в региональных энергетических проектах. Узбекистан имеет статус наблюдателя при ЕАЭС, что позволяет ему балансировать между векторами.
Это создает условия для параллельного участия: страны могут сотрудничать с ЕАЭС в рамках торгово-экономических соглашений и одновременно принимать финансирование от западных институтов. Примером служит транзит российского газа в Узбекистан через Казахстан или свободные торговые зоны между Алматы и Ташкентом — такие проекты реализуются без конфликта интересов.
Противоречий нет, есть разные форматы
Специалисты подчеркивают: программы Всемирного банка и ЕАЭС не являются взаимоисключающими. Исторически единое энергетическое кольцо Центральной Азии существовало еще в советское время, но после распада СССР его работа была приостановлена из-за отсутствия координации. Сегодня речь идет о восстановлении этой системы, но в новых условиях — с участием международных партнеров и современных технологий.
REMIT фокусируется на технической интеграции и рыночных механизмах, тогда как ЕАЭС стремится к более глубокой институциональной и нормативной гармонизации. Эти подходы могут дополнять друг друга, если политическая воля стран будет направлена на сотрудничество, а не на выбор между «востоком» и «западом».
Экономика и геополитика
Для стран региона энергетическая интеграция — прежде всего экономическая необходимость. Объединение ресурсов позволяет сгладить сезонные колебания (например, пик гидрогенерации летом и дефицит зимой), снизить издержки и привлечь инвестиции. Однако внешние игроки превращают эту повестку в инструмент давления.
Россия, в свою очередь, рассматривает энергетический рынок ЕАЭС как элемент стратегической стабильности. По оценкам экспертов, его создание может иметь даже большее значение, чем сам союз, поскольку затрагивает базовые сектора экономики и обеспечивает взаимозависимость, которая трудно поддается внешнему разрушению.
Заключение: будущее за разумом, а не конфронтацией
Центральная Азия сегодня стоит перед выбором: стать ареной соперничества или пространством синергии. По большому счету, проекты Всемирного банка и ЕАЭС технически совместимы, а их цели — обеспечение энергетической безопасности и экономического роста — совпадают. Главное — чтобы политические амбиции внешних сил не помешали практическим интересам самих стран региона.
Если удастся сохранить баланс и избежать искусственного противопоставления, Центральная Азия получит не только стабильное электроснабжение, но и шанс стать мостом между Евразией и глобальным Югом, а не полем битвы между центрами силы.
