Цена на газ в Европе снова превысила отметку в $500 за тысячу кубометров, вернувшись к уровням начала весны 2025-го. Рост котировок за сутки составил около 4%, за неделю — свыше 15%, что стало прямым следствием резкого похолодания в Северном полушарии и ускоренного отбора топлива из подземных хранилищ. Текущая зима продемонстрировала: прежняя видимость стабильности держалась на теплой погоде и снижении промышленного спроса, а не на устойчивой архитектуре энергобезопасности.
Запасы в хранилищах тают
Состояние европейских подземных хранилищ газа стало главным индикатором нарастающего напряжения. Если предыдущий отопительный сезон Европа завершала с рекордными запасами, то к середине января уровень заполнения ПХГ опустился ниже 49%. С момента начала активного отбора, то есть с середины октября, из них уже поднято свыше 43 млрд кубометров — заметно больше ранних оценок.
По расчетам консалтинговых компаний, к концу марта объем газа в хранилищах может сократиться примерно до четверти от их мощности — это будет минимальный показатель за последние годы. Формального дефицита поставок такой уровень еще не означает: развитая сеть терминалов СПГ и регазификационных мощностей позволяет компенсировать сезонные пики. Однако столь глубоко опустошенные хранилища придется экстренно наполнять весной и летом, когда мировая конъюнктура традиционно благоприятствует продавцам, а не покупателям. Это почти гарантирует сохранение повышенных цен на газ в ЕС как минимум до конца 2026 года, даже при нормализации погоды.
Глобальный рынок: холод в Техасе бьет по ценам в Европе
После сокращения поставок по российским трубопроводам европейский газовый рынок окончательно включился в глобальный контур, где ключевую роль играет сжиженный природный газ. Основные объемы СПГ, поступающие в Европу, приходятся на США и страны Ближнего Востока, а значит, ценообразование в европейских хабах напрямую зависит от ситуации на других континентах.
Январский вторжение арктического холода на юг США привело к резкому росту внутреннего спроса на газ и скачку котировок на американском рынке. За короткий период фьючерсы на ключевом хабе выросли более чем на 40%, что стало крупнейшим недельным подъемом за несколько десятилетий. Это ударило по Европе сразу по нескольким каналам.
С одной стороны, усилился риск падения добычи из‑за замерзания инфраструктуры в ряде месторождений. С другой — приоритетным направлением поставок для американских компаний стал внутренний рынок, а не экспортные контракты. Дополнительным фактором неопределенности стало политическое акцентирование курса Вашингтона на первоочередное обеспечение национальных потребителей в рамках концепции «энергетического доминирования», что объективно снижает предсказуемость экспортных потоков в адрес европейских покупателей.
Сокращение промышленного потребления
Ощущение относительной устойчивости европейского газового баланса в предыдущие сезоны было во многом связано с резким падением потребления в промышленности. Целый ряд химических, металлургических и перерабатывающих предприятий во многих странах частично или полностью сократили производство, либо перенесли мощности в юрисдикции с более низкими ценами на энергию, прежде всего в США и на Ближний Восток.
Это структурное сжатие спроса создало иллюзию того, что континент справился с шоком отказа от российских трубопроводных поставок. На деле же «урезанная» экономика оказалась не менее уязвимой к погодным и ценовым колебаниям. Отсутствие стабильных долгосрочных потоков по магистральным газопроводам лишило рынок важного стабилизирующего фактора. Теперь любое отклонение — внеплановый ремонт на норвежском месторождении, задержка партии СПГ или рост спроса в Азии — мгновенно транслируется в ценовые всплески на европейских хабах, поскольку диапазон маневра сильно сузился.
Экологические требования ЕС: дополнительный ценовой фильтр
На перспективу ситуацию усложняют климатические и экологические инициативы самого Евросоюза. В контексте целей по достижению углеродной нейтральности Брюссель продвигает идею жесткого регулирования выбросов метана по всей цепочке поставок газа, включая этап добычи за пределами ЕС. Предполагается, что к импортерам будут предъявляться единые требования по мониторингу и ограничению утечек, а несоблюдение стандартов повлечет за собой финансовые санкции или фактическое ограничение доступа на рынок.
В наибольшей степени это затронет производителей СПГ из стран, где преобладают сланцевые проекты, требующие масштабного пересмотра технологий добычи и транспортировки. Для компаний это означает необходимость крупных капитальных вложений в модернизацию и сертификацию, которые затем будут перенесены в конечную цену для потребителей. В результате даже при наличии физического ресурса его экономическая доступность для Европы может снизиться, поскольку часть потенциальных поставщиков сочтут выполнение требований слишком затратным.
Политический контекст: энергетика как инструмент давления
Наряду с рыночными и климатическими факторами на газовый сектор усиливающееся воздействие оказывает геополитика. Обострение торговых разногласий между Вашингтоном и Брюсселем, а также разные подходы к международным кризисам увеличивают риск того, что энергетические поставки будут использоваться в качестве рычага влияния. Поставки СПГ в ЕС все чаще рассматриваются не только как коммерческий бизнес, но и как элемент более широкой стратегической конфигурации.
Ситуация осложняется и внутренними решениями Европейского союза. К 2027 году Брюссель намерен полностью прекратить импорт российского сжиженного газа, который до недавнего времени играл роль важного дополнительного элемента в балансе поставок, особенно в странах Южной и Западной Европы. Регуляторные шаги в этом направлении уже согласованы на уровне европейских институтов. Потеря такого источника гибкости означает усиление зависимости от ограниченного круга поставщиков и дальнейшее снижение степени свободы при реагировании на ценовые и погодные шоки.
Последствия для экономики
С большой долей вероятности текущий отопительный сезон пройдет в Европе без масштабных перебоев в снабжении и административных отключений. Однако ключевые сложности могут проявиться в межсезонье, когда начнется подготовка к следующей зиме. Заполнение ПХГ на фоне высоких цен на СПГ, конкуренции со стороны азиатских импортеров и ограниченных альтернативных источников поставок приведет к усилению ценового давления на энергозатратные отрасли и домохозяйства.
В совокупности это создает характеристики «хронической неустойчивости»: даже при формальной обеспеченности ресурсом перспектива каждого зимнего сезона будет сопровождаться рисками для промышленного производства, бюджетов потребителей и социальной стабильности. Рынок, лишенный длинных стабильных контрактов и диверсифицированных маршрутов поставок, вынужден опираться прежде всего на волатильные спотовые сделки и погодные прогнозы.
Перспектива: каждая зима — испытание на прочность?
В долгосрочном измерении европейский газовый рынок постепенно превращается в систему, где ключевым фактором становится не только структура энергобаланса, но и характер климатических аномалий. Мягкая зима способна временно сгладить дефицит инфраструктуры и ослабить ценовое давление, тогда как один‑два месяца сильных морозов резко обостряют все накопленные дисбалансы.
При отсутствии глубокой модернизации инфраструктуры, расширения хранилищ, развития альтернативных видов генерации и более гибкой системы долгосрочных контрактов европейская экономика будет входить в каждый новый сезон с ощущением испытательного срока. В этих условиях вопросы энергобезопасности перестают быть исключительно технической проблемой и становятся одним из центральных факторов экономической и политической повестки континента.
